Оружие вытаскивают грешники, натягивают лука своего, чтобы перестрелять нищих, заколоть правых сердцем. Оружие их войдет в сердце их, и луки их сломаются.
Владимир Мономах, великий князь киевский (1113-1125), государственный и политический деятель

Россия – ядерный террорист

В 36-ю годовщину Чернобыльской трагедии «День» побывал на станции и в зоне отчуждения, которые полтора месяца были под оккупацией врага
27 апреля, 2022 - 17:28
ФОТО REUTERS

В июне 2020-го я впервые побывал на Чернобыльской атомной электростанции, где состоялась презентация второй книги документов советских спецслужб «Чорнобильське досьє КГБ. Від будівництва до аварії». Тогда мы посетили не только территорию самой станции, но и мертвый город атомщиков — Припять. Вернувшись из поездки, я в частности написал: «Это место вобрало в себя разные времена, проблемы и вызовы, демонстрируя людям — силу и слабость прошлого и современности. Вся мощь командной системы Советского Союза с ее постоянным желанием контролировать не только собственных граждан, но и законы природы, оказалась бессильной перед вызовом 1986 года, когда взорвался 4-й реактор Чернобыльской атомной электростанции. Невзирая на героическую борьбу многих людей с атомом, что вышел из-под контроля, по разным причинам эта катастрофа априори стала возможной, а ее последствия мы пожинаем и будем пожинать еще много лет».

Хоть война на востоке Украины на тот момент длилась уже больше шести лет, немногие себе представляли, что через полтора года на эту уничтоженную радиацией землю придет новая беда – российские захватчики. Кратчайший путь в Киев проходил именно через ЧАЭС и зону отчуждения на севере Киевщины. И именно этим путем с территории Беларуси в первый же день широкомасштабного наступления двигались рашисты. Известно, что станцию охраняли военнослужащие Национальной гвардии, которые оказывали сопротивление оркам. Кто еще защищал ЧАЭС и почему врагу так быстро удалось захватить объект?

«Кроме нацгвардейцев, на станции находилось 84 спасателя. Также вокруг ЧАЭС находились другие силы и средства защиты – пограничники, СУ, Национальная гвардия, – отвечает на мой вопрос министр внутренних дел Денис Монастырский. – Но их количество было в десятки раз меньше количества наступающих сил врага. Мы были готовы к отдельным группам нападения, к остановке диверсионных отрядов, но столкнулись с широкомасштабным наступлением, которое остановили только под Киевом».

После месячного противостояния в предместье столицы, где рашисты совершили массовые преступления, врага погнали обратно в Беларусь. ЧАЭС и зона отчуждения, как и весь север Украины, были освобождены от оккупантов. Поэтому очередную годовщину трагедии на станции украинцы имели возможность отметить непосредственно на месте. 26 апреля представители СМИ участвовали в выезде в Чернобыльскую зону отчуждения, где вместе с представителями власти и специальными службами почтили память погибших ликвидаторов аварии.

«36 лет назад мирный атом стал вовсе не мирным, – говорит Денис Монастырский. – И сегодня, когда два месяца тому назад возникла угроза, которая могла привести к огромной трагедии мирового масштаба. К сожалению, не только на Чернобыльской АЭС, но и на Запорожской АЭС, где российские снаряды попадали в реакторы. Такие вещи не могут не тревожить весь мир. Очевидно, что реактор, которой взорвался в Чернобыле, взорвался в голове у путина, который погнал свою армию в Украину. Эта армия рыла окопы в Рыжем лесу, где существует огромный уровень радиации. Равно как и на тех предметах, которые российские мародеры похитили из станции, вывезли в Беларусь и отправили в Россию. То, что сделали здесь оккупанты, обычно, квалифицируется как военное преступление. Доказательства собирают сегодня все правоохранительные органы Украины, чтобы национальные суды и международные инстанции могли дать этому оценку. Но и угроза, что здесь существует, не измеряется судебными приговорами и доказательствами, она измеряется чрезмерной радиацией, которая изменила свое местоположение. Причиной этому стали активные действия российских оккупантов, которые передвигались здесь на тяжелой технике, копали окопы, лезли туда, куда нельзя. Все это требует дополнительного изучения и обновления карт радиации. Сегодня ЧАЭС находится под контролем Украины, и мир может быть спокойным – мы наведем порядок (нацгвардейцы уже вернулись к охране ЧАЭС), все стандарты безопасности будут соблюдены (рабочие станции продолжают выполнять свои обязанности). На самой станции радиация – в пределах нормы, украинские специалисты полностью контролируют процессы, желтой опасности нет».

Впрочем, мы не можем быть спокойными, потому что Запорожская атомная электростанция до сих пор находится под оккупацией. А от рашистов можно ожидать всего, чего угодно. «Враг сознательно несколько раз перекрывал снабжение электроэнергии к месту хранения ядерного топлива на ЧАЭС, – рассказал министр внутренних дел. – Ситуация была крайне опасна: если бы вовремя не вернули снабжение энергии, могла случиться трагедия. Также они заминировали ряд объектов вокруг станции (сотни мин, растяжек), лес еще требует исследования и проверки. Техника и ценные предметы были похищены, в частности полностью разграбили участок полиции. Я считаю, что мы сегодня можем говорить о ядерном терроризме. Кроме перечисленных фактов относительно ЧАЭС, именно 26 апреля над действующей Запорожской АЭС пролетели крылатые ракеты. Кроме того, по данным военных, на территории ЗАЭС противником установлены ПВО, размещены танки, что запрещено любыми международными конвенциями. Враг это хочет использовать в качестве давление на украинскую сторону, подтверждая свой статус ядерного террориста».

Один из первых вопросов от журналистов – что известно о нацгвардейцах, которые защищали ЧАЭС? «К сожалению, 169 военнослужащих Национальной гвардии, которые были на станции, при бегстве россиян были взяты в плен, – говорит Денис Монастырский. – Сегодня мы прилагаем все усилия, чтобы ребята вернулись домой. Также мы должны выгнать эту заразу со всех уголков нашей земли. Хочу поблагодарить всех сотрудников ГСЧС и ЧАЭС, которые все время находились под оккупацией и под большой угрозой неадекватного врага».

Один из них – подполковник гражданской защиты Сергей Стрельченко, который рассказал, что происходило в Чернобыле: «84 представителя Государственной службы по чрезвычайным ситуациям находились под оккупацией: в самом городке было 57 спасателей, остальные – на территории промплощадки ЧАЭС. Были случаи, когда мы ехали гасить пожар, а колонны рашистов направляли на нас свои стволы. Были случаи, когда они приезжали в часть и требовали от нас погасить какой-то пожар. У них был полный бардак, не было какого-то одного старшего, к нам заходили разные группы. Мы пытались объяснить им, что если что-то случится на станции (по вашей или по вашей вине), то плохо будет всем – и вам, и нам. Они говорили, что пришли сюда нас «освобождать». Причем, реально в это верили. Даже их полковник рассказывал нам о польских наемниках, американских базах, каких-то подводных лодках. Мы переживали, когда они убегали назад, потому что понимали, что мальчики будут ехать злыми. Но все равно приняли решение оставаться на месте. Слава богу, все произошло так, как мы продумали».

Как теперь охраняется сама станция? Об этом на месте рассказал заместитель начальника управления, начальник отдела физической защиты ядерных установок Главного управления Национальной гвардии Украины, полковник Игорь Угольков: «В соответствии с национальным законодательством, наши подразделения осуществляют охрану ядерных установок, а именно Государственного специализированного предприятия «Чернобыльская атомная электростанция», Хмельницкой, Ривненской, Южноукраинской атомных электростанций. ЧАЭС – большое предприятие, которое разделяется на саму станцию, объект укрытия, хранилище отработанного ядерного топлива сухого типа и другие объекты. После выполнения служебных задач, подразделения военной части вернулись на станцию и осуществляют ее охрану. В соответствии с законом оборона ЧАЭС осуществляется в системе территориальной обороны, потому, если теоретически допустить новое нападение, этот объект готовы защищать не только Национальная гвардия, но и Вооруженные силы Украины, пограничные войска, Национальная полиция. Люди мотивированы и готовы выполнять свою работу».  

Представители разных силовых структур убеждали журналистов, что выводы сделаны, проанализированы направления, откуда наступал враг, как он преодолевал природные препятствия, какую применял тактику и тому подобное. Теперь эти направления укрепляются, и защита наших границ и территории усиливается. Конечно, последствия российской оккупации ЧАЭС и зоны отчуждения еще нужно будет изучить и оценить, чтобы потом привлечь российской режим и всех виновных к ответственности и возмещению убытков.

 

Иван КАПСАМУН, «День». Фото Василий СТЕФУРАК, Киев–Чернобыль–Киев
Газета: 
Рубрика: 




НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ