Несмотря на стремительное развитие кризисных явлений в российской экономике, нынешняя власть в Москве упорно продолжает «надувать щеки» и говорить о руководимой ею стране как об одном из «полюсов» якобы формирующегося «многополярного мира».
Миф о «многополярном мире» оказывается одним из самых живучих во многом потому, что все прочие мифы, запущенные в российское общественное сознание за последние годы, оказались напрочь дискредитированными. В самом деле, попытки оспорить территориальную целостность соседей по бывшему СССР или присвоить себе право единолично, в соответствии с извивами кремлевской политики, трактовать нашу недавнюю историю, встречают решительный отпор в мировом сообществе и потому становятся все менее популярными. Последним по счету из лопнувших, наверное, оказался миф о неуязвимости от кризиса и величии российской экономики, которая потому и «неуязвима», что основана на добыче (!) и торговле (!) сырьевыми товарами. Ну, как вам такое понравится?! То, что во всем мире с полным основанием считается как раз слабостью и уязвимостью экономики, в России с легкой руки таких аналитиков, как, вероятно, известной украинской общественности Михаил Леонтьев, на полном серьезе, без всякой иронии еще несколько месяцев назад превозносилось в качестве гарантии «крепости» экономики России.
«Крепость», как теперь все видят, рухнула в одночасье. Да и не могла не рухнуть, когда цены на экспортируемую Россией нефть в течение нескольких месяцев упали более чем втрое, а кроме нефти и газа (да еще разве что круглого леса и полуфабрикатов металлов) Россия мало что производит и экспортирует. Как закономерный результат — на днях объявлено, что планируемые доходы федерального бюджета на 2009 год снижены почти на 40%. Соответственно, по доходам будут скорректированы и расходы, в том числе социальные. И это только начало!
Тем не менее, на фоне всего этого завораживающие слова о «многополярном мире» продолжают кочевать из уст в уста высокопоставленных политиков и политологов, привлекая своими миражами и вводя в заблуждение российских граждан, да и не только их.
Что же, по мнению авторов концепции о «многополярном мире», символизирует эта конструкция? Она должна означать мироустройство, якобы идущее на смену установившемуся в 90-е годы минувшего столетия, после распада Советского Союза, СЭВ и Организации Варшавского договора восточноевропейского социалистического содружества, однополярному миру, естественно, во главе со США. (То, что сама Россия и ее руководители до относительно недавнего времени полностью поддерживали этот «однополярный мир», забыто и в расчет не принимается.) Предполагается, что одним из «полюсов» этого «многополярного мира» должна стать (если уже не стала!) ведомая нынешним руководством Россия, как сейчас любят говорить в Москве, «встающая с колен».
Напомним, однако, что слово «полюс» в переводе с латинского означает нечто, диаметрально противоположное другому. Если взять, например, географию, то мы увидим, что наш земной шар находится в устойчивом состоянии благодаря системе двух противоположных полюсов — Северного и Южного, и соответствующих им полушарий, разделенных экватором. Соответственно, если от физической географии перейти к политической и вспомнить о биполярной системе мироустройства, на десятилетия установившейся после Второй мировой войны, то следует сказать, что друг другу противостояли не только две мощнейшие в военном отношении ядерные державы (получившие название сверхдержав) и две относительно сопоставимые по величине национальные экономики (согласно сравнительным расчетам ЦРУ США, ВВП СССР во второй половине 80-х годов составлял примерно половину от американского), но две противоположные социально-экономические системы. Ведущими силами этих систем, или «полюсов», являлись СССР и США, но в каждую из них входили десятки государств, а за другие десятки шла жесткая идеологическая, дипломатическая, экономическая борьба на просторах Азии, Африки и Латинской Америки. Именно социально-экономическая противоположность двух систем и определила суть всего послевоенного биполярного устройства мира.
А вот что, в таком случае, должна представлять собой пресловутая «многополярность»? Кстати, еще совсем недавно один из российских лидеров даже заявлял, что многополярность — прочнее бывшей биполярности. Вот даже как! Но где же в таком случае она, эта самая «прочная многополярность»? Как ее пощупать руками? Она что, возникает посредством «расщепления» полюсов? Но полюса — не шишки на голове, не вздутия на коже, ими нельзя по чьему-то хотению утыкать всю земную поверхность. Так кто же, по мнению творцов многополярных миражей, эти самые «полюса» должен составить? Разве претендуют на роль «полюса» многочисленные страны арабского или, возьмем даже шире, всего исламского мира? Что-то мы о таких заявках не слышим.
Может быть, на роль «полюсов» претендуют великие ядерные державы, постоянные члены Совета Безопасности ООН — Великобритания и Франция? Или кто-то примеряет на эту роль Германию — сильнейшую в экономическом отношении европейскую державу и ведущего члена Европейского Союза (ЕС)? Но ведь никто из этих стран о претензиях на такую роль тоже не заявляет! А вот известный германский политолог А.Рар, часто выступающий в официальных российских СМИ, не так давно говорил, что «сегодня европейские державы — Великобритания, Германия и Франция — соревнуются между собой за право стать самым близким союзником Соединенных Штатов». Можно соглашаться или не соглашаться с такой точкой зрения, но факт налицо: развитые западные страны по ключевым, принципиальным вопросам мирового характера обычно выступают единым фронтом («полюсом», если хотите) и со схожих позиций.
Если говорить об экономической составляющей, то даже Евросоюз в целом (27 государств), самая продвинутая в мире интеграционная группировка, чей совокупный ВВП количественно даже превышает ВВП США, тем не менее не претендует ни на какую особую «полюсную» роль, объективно признавая технико-технологическое, финансовое и торговое лидерство США.
Так что же остается от заклинаний о «многополярности»? Едва ли не последней красивой картинкой из этого жанра остается история про БРИК. Напомним, что эта аббревиатура (по первым буквам названий стран — Бразилии, России, Индии и Китая) подразумевает абсолютно произвольно, по совершенно формальным признакам составленную группировку из 4 стран, у которых общими являются лишь большие размеры и высокие (конечно, до начала нынешнего мирового экономического кризиса) темпы экономического роста. Но одних этих параметров явно недостаточно, чтобы говорить о какой-то «полюсности»!
Да и вообще, слишком разные по своему социально-экономическому строю и целям эти четыре государства! Индию, например, недаром называют «самой населенной демократией мира»: по основам своего социально-экономического строя, по устремлению элит эта крупная держава давно и прочно ориентируется на ценности западного мира. Другое дело — Китай, который уже сегодня по объему ВВП занимает второе место в мире и, по мнению международного экспертного сообщества, к 2025 году практически догонит США. Такую точку зрения разделяют авторы обнародованного недавно нового доклада Национального совета по делам разведки США «Глобальные тенденции до 2025 года: меняющийся мир».
Но это еще не все. Китай — социалистическая страна с конституционно закрепленной властью коммунистической партии. Вот он-то как раз и экономически, и политически способен претендовать на роль второго, противостоящего США и западному миру полюса. Об этом, кстати, прямо указывается в докладе американского разведсообщества. К 2025 году, говорится в нем, будет нарастать соперничество, а возможно, и противостояние ведущих держав — США и Китая. Остальные страны будут выступать как противники или сторонники этих двух держав. Что же, это действительно — научно обоснованная и аргументированная позиция.
Как же смотрится на фоне этих двух реальных полюсов мира современная Россия? По данным Международного валютного фонда, опубликованным накануне кризиса, по итогам 2007 года Российская Федерация по объему своего ВВП, исчисленного по паритету покупательной способности (ППС), отстает от Китая в 3,5 раза, от США — в 6,7 раза. Ну, и о каких претензиях на статус «полюса» здесь можно говорить? Однако проблема далеко не только в абсолютных размерах российской экономики, значительно уступающих лидерам мирового развития. Господствующий энерго-сырьевой тип развития экономики и экспорта России, о котором мы уже говорили выше, становится все более зримым и входит во все более острое противоречие с задачами научно-технической и инновационной модернизации национального хозяйства, что, в свою очередь, является важнейшей преградой на пути развития всего общества.
Если сравнивать военные возможности сегодняшней России и США, то стало уже расхожей истиной двадцатикратное (!) отставание российского военного бюджета от американского. О каком же «полюсном» противостоянии этих двух стран сейчас можно говорить, находясь в здравом уме?
Ответ, на наш взгляд, может быть только один. Российская правящая элита, привыкшая жить — в отличие от подавляющего большинства своих сограждан — по западным потребительским стандартам, хотела бы как можно дольше сохранить свой образ жизни. Но как это сделать — в условиях экономического отставания и постоянных ссор с близкими и дальними соседями? Кто-то, очевидно, решил, что «шаманские» заклинания про «многополярный мир» и собственное величие в нем являются лучшим средством для того, чтобы заморочить голову российским гражданам и отвлечь их от осознания подлинного места, занимаемого современной Россией не в мифическом, а в реальном окружающем мире. Таким образом, тезис о многополярности, продолжающий звучать в российском телеэфире, превращается в сменяющие друг друга пропагандистские картинки, которые при внимательном рассмотрении испаряются, словно миражи в пустыне. Важно только не терять бдительности и следить, чтобы эти миражи в какой-то момент не реализовались в попытку силового навязывания очередного мифа соседям.