Сегодня актриса по-прежнему снимается, играет в театре, воспитывает детей. А 8 февраля она отмечает свое 50-летие.
— Как вы отмечаете столь круглую дату, Ирина Вадимовна?
— В Малом театре. В трудах. С 18 по 25 февраля буду каждый день подряд играть все четыре спектакля, в которых я занята: «Чайку», «Вишневый сад», «Волки и овцы», «Лес». В свое время, работая в Театре им. Моссовета, я ужасно соскучилась по классике — играла там только Грушеньку в «Братьях Карамазовых» да в Шекспире немного. Вот теперь наверстываю.
— А поступили вы в театральное сразу?
— Нет, в первый год не поступила. А потом попала в студию при Центральном детском театре. Но она считалась средним специальным учебным заведением, там выдавали только свидетельство. И хотя я сразу стала играть много мальчиков, девочек, принцев, принцесс и даже зверей, было некоторое неудовлетворение: училась-училась, а на руках лишь какая-то несолидная бумажка. Так я потом — просто для хорошего самочувствия — окончила заочное отделение в ГИТИСе.
— Наверное, диплом о высшем образовании еще играет и некое значение при присуждении актерам звания?
— Да нет. У нас много заслуженных и народных с таким же, как было у меня, средним образованием: Георгий Тараторкин, Маргарита Терехова, Александр Леньков, Михаил Жиганов.
— В свой первый театр захаживаете?
— Пока младший сын был маленьким, водила его туда на спектакли. Теперь Евгению уже 16 лет.
— А старшему сколько?
— Даниле — 24. Он у меня в науку пошел. Но о детях давайте не будем: не надо их трогать.
— Тогда давайте о четвероногих членах семьи, если они у вас есть.
— Это с удовольствием. Есть собака Шаня, белый пудель. Вечно грязный. Теперь я поняла, что в нашем городе надо заводить черного пуделя: на нем не так грязь заметна. А еще есть кот. Но я в свое время сделала промашку — назвала его человеческим именем. Так что теперь есть проблемы, и вам я это имя не скажу.
— Народ вас на улицах узнает?
— Да, конечно. Улыбаются...
— Наверное, надоело за эти годы, что все к вам за автографом лезут?
— В раздаче автографов, должна сказать, нет ничего противного. Я никому не отказываю. Тем более, что люди ведь не у меня просят автограф, а у моих героинь, которые им нравятся. А меня — какая я настоящая — вы не знаете.
— Вас всегда воспринимали комедийной актрисой. Но как вы сами ощущаете: может быть, в народной артистке Муравьевой умирает великое трагедийное дарование?
— Я какой была, такой, думаю, и осталась. Мне всегда нравилось делать что-то, чтобы людей развеселить.
— Пытаюсь вспомнить ваши последние появления на экране, и ничего, кроме «Последней любви» Балаяна, в голову не приходит...
— Там была маленькая работа — всего пять съемочных дней. А сейчас я закончила на «Мосфильме» комедию «Любовь зла», которая, мне кажется, может получиться очень приличной. Там есть глубокая история, глубокая мысль...
— Это фильм Владимира Зайкина, где девушка морочит голову своему жениху, будто ее душа переселилась в корову?
— Да-да. Там снялись еще Станислав Садальский, Лариса Удовиченко, Валентин Смирнитский. Я играю как раз маму этого жениха, который приводит домой корову и объявляет, что это его невеста. И мы, родители, воспринимаем это как должно — без замысловатостей: первая любовь — что поделаешь?.. Но тут есть, конечно, и ирония по поводу реинкарнации и прочих «аномальных» теорий.
— Над чем еще работаете?
— В кино есть наметки, но говорить пока рано. А что касается театра — с 26 февраля в СТД начинаем играть старинный русский водевиль «Актеры меж собой». Поставил эту антрепризу мой муж Леонид Эйдлин, а музыку на слова Дмитрия Сухарева написал Сергей Никитин. Мы с этим водевилем уже три года ездим, объехали всю страну от Минска до Владивостока, от Мурманска до Нижнего Новгорода, играли даже для русскоязычного населения в Германии и Израиле.
— Но сегодня в моде эксперименты, новации, а это такой традиционный театр! Как там играют!
— По старинке играют, хорошо. Хорошо — это всегда хорошо.
— Интересно, вы с трудом расстались с Театром им. Моссовета?
— С музыкой!.. Тут недавно телевидение повторяло спектакль «Цитата», в котором я была когда-то занята, так я поскорее выключила телевизор. От стыда. А за сегодняшние работы, надеюсь, стыдиться не придется...